Проблема как называться - Беларусь или Белоруссия или Weissrussland - непонятна и искусственна. Мы хотим, чтобы нас называли корректно, но сами не хотим корректно называть других. Почему "Германия" или"Нямеччына"? А не Deutschland? Будем последовательны...

В это воскресенье в Швейцарии прошел очередной общенациональный референдум. Результаты во многом удивляют. Избиратели четко выступили за запрет строительства новых минаретов и столь же четко – против запрета экспорта из Швейцарии материалов военного и двойного назначения.
Инициатива против строительства минаретов войдет, наверное, в историю как самая короткая. Она состояла всего из одного предложения: «Der Bau von Minaretten ist verboten» («Строительство минаретов запрещено»). Именно такую фразу намерены вписать в конституцию Швейцарии сторонники инициативы. В период перед референдумом они утверждали, что минарет является символом исламских претензий на власть, острием политической исламизации страны.

Противники инициативы (а к их числу относились, в частности, все крупные партии Швейцарии, кроме «народников») утверждали, что требование запретить строительство минаретов нарушает принцип свободы вероисповедания, противоречит европейской Конвенции по правам человека и запрету на дискриминацию.

Для борьбы с «исламской опасностью», говорили они, у Швейцарии есть другие инструменты, например, «Закон о внутренней безопасности», а так же закрепленные в «Законе об иностранцах» меры по их интеграции в швейцарское общество.

Против принятия инициативы выступала и министр иностранных дел Швейцарии Мишлин Кальми-Ре, указывая, что эта инициатива может стать проблемой для швейцарской внешней торговли. Только в 2008 г. Швейцария поставила в арабские страны товаров и услуг на 8,7 миллиардов франков.

Голосование по этому вопросу и стало главной сенсацией. Цифры еще будут уточняться, однако уже сейчас видно, что швейцарский народ неожиданно четко выступил за запрет строительства минаретов. По состоянию на ночь с воскресенья на понедельник в пользу запрета выступило большинство в 57,5 процентов от числа принявших участие в голосовании.

«Нет сомнения в том, что количество сторонников запрета строительство минаретов превысит 50 процентов», - заявил бернский политолог Клод Лоншам (Claude Longchamp). Это большинство будет очевидным как среди населения, так и среди кантонов, - указал он далее. Так и оказалось. Только четыре кантона выступили против запрета.

Напомним, что в Швейцарии для изменения конституции необходимо получить двойное большинство избирателей и кантонов. Удивительно, но все предварительные опросы показывали, что запрет строительства минаретов будет отвергнут, пусть даже минимальным большинством.

По мнению председателя партии «народников» Тони Бруннера (Toni Brunner) результат голосования говорит о том, что граждане Швейцарии дали четко понять, что иностранцы должны придерживаться правил, принятых в стране. Наблюдатели единодушны в том, что результаты голосования по вопросу строительства минаретов является большим успехом для партии SVP.

Имя ее известно нескольким белорусским литераторам. За 2 дня до ее победы на национальном литературном конкурсе за книгу "Mehr Meer" ("Больше моря") я взял у нее интервью. А в воскресенье - триумф Ильмы. Интервью здесь.
http://www.nashagazeta.ch/наши-люди/ильма-ракуза-больше-моря

Плохие президенты уйдут, а проблемы наши для Европы останутся. Не для политиков, конструирующих абстрактную карту "плохой" и " хорошей" частей континента, а для её жителей. Я к чему? Демократическую Беларусь не пустят в Европу, как не пускают демократических украинцев и грузин. Проблема - криминалитет. Преступники из стран бывшего соцлагеря, ныне членов ЕС и нынешних европейских фаворитов, просто захлестнули Старый Свет.
Сцена у католической кирхи сегодня. 11 часов. "Alpha Romeo" с базельскими номерами у крыльца. Он - "живец". За углом прячется полиция - девушка и амбал. Из кирхи выходит молодой человек (таких называют "лицами кавказской национальности"). Лицо осматривается, ждёт, прогуливаясь, минут 15. Садится в машину. Полицистен бросаются к машине, просто не дают из неё выйти. И фотографируют. Наконец надевают на "лицо"наручники. Я подбегаю к ним с журналистским удостоверением, мне говорят - это грузин, они его вычислили ещё полгода назад - профессиональный угонщик. Блин, именно эта кирха защищает азюлянтов, устраивает благотворительные акции и способствуют (поелику возможно) их легализации в Швейцарии. И вот тут-то гадят. Вот вам и совесть в политике, совесть в реальной жизни. Беларусам следует быть готовыми к тому, что это поколение ещё будет обречено на визовый занавес. Печально сознавать...

Я назвал его Охотником. С большой буквы. Часами он высиживает в баре «Мистер Пиквик» с чашкой, покрытого плесенью кофе, и ждёт. Он одет в лёгкую джинсовую куртку, других одежд не имеет. В ноябрьский вечер так и выходит на улицу, в своей лёгкой курточке. Но выходит только тогда, когда цель достигнута. Цель его – сандвич. Через 2-3 часа, когда бармен выходит на минутку, Охотник проходит к выходу, неуловимо сунув сандвич в карман. Бармен, похоже, знает Охотника и уходит специально, шанс даёт. Охотник не бомж, он бич (бывший интеллигентный чаловек) и с благодарностью смотрит на меня, заметившего. Не реагирующего. Ведь скоро и я могу присоединиться к Охоте. Запросто.

Аарау: йодльфест.




Горная прогулка: хочу там умереть.




Слева от кирхи я живу.




Тичино, привал.




Санкт-Моритц. Перед нашествием туристов миллиардеров вполне доступный для смертных город.




Такой я видел Веронику Черкасову последний раз. Такой и запомнил. Цюрих. Сентябрь 2004. Месяц до смерти.

Наше виртуальное пространство ЖЖ какой нибудь генерал с боевым опытом и хотя бы малой толикой творческого воображения определил бы как боевые действия. Затишье, предварительный обстрел позиций противника, танки, атака "стенка на стенку" и рукопашная. Примерно так рассуждал бы генерал-поэт.
Авторы выбрасывают в интернет своё "всё" и ждут реакции публики, зачастую ждут кокетливо, комплименты приветствуются особо. Это затишье. Далее - по сценарию боевых действий на Курской дуге или на худой конец, в Чечне: дискуссия и, разумеется, критика. В критике и проходит граница, причём жесткая, между моим поколением "стариков" и молодёжью. Выяснилось, что мы, "старики", не умеем реагировать на критику спокойно и достойно. Особенно на особое и независимое мнение молодых.
Во-первых, мы сами провоцируем эту критику. Потому что лжём. Недосказываем. Мы рисуем себя и своё время в наших опусах односторонне. Мы ведь не хотим остаться в истории с соплями в носу, облеванными на снегу в подворотне где-нибудь в конце 70-х. И мы почему-то считаем себя мудрее молодых. На самом деле мы, пожалуй, последнее поколение, подёрнутое тленом "совка" и несём его ветхое знамя и поныне, хотя считаем иначе. Мы считаем себя (без каких бы то ни было оснований) его разрушителями.
К сожалению, это всего лишь банальная борьба поколений. Я питал до последнего иллюзии, что мы, сегодняшние "старики" сможем прорвать этот вечный фатум. Но... мудрости и честности не хватило.

Случай из личной жизни: в 1979 году я, тогда студент глебовки, побывал на юбилейной выставке мастаческого бонзы Шибнёва (кто ещё помнит такого?). И написал в книге отзывов отзыв разгромный. Причём по делу, проведя профессиональный анализ его артефактов. Именно из за этой спокойной и обоснованной критики от меня, молодого, Шибнёв слёг с инфарктом. Я же потерял стипендию (на просмотре получил двойки) и место в общежитии.

Мы, сегодняшние, и есть такие вот шибнёвы. Мы не простим молодому независимости его суждений. Это МЫ, главные эстеты, анархисты, националвозрожденцы, радикалы и вообще суперавангардисты. А ТЫ... ТЫ молод ишо. На меня шинель строчили, а на тебя Schwanz дрочили... и тд.
К счастью, есть люди моего поколения, говорящие с молодыми на одном языке. Таким я оставил когда-то Валентина Акудовича. Надеюсь, время и возраст не изменили его сущности. Правда, Акудович не тусуется в ЖЖ. Может, именно потому и не тусуется.

В своим швейцарским приобретениям я отношу и ценю именно способность воспринимать критику и критиковать. У нас это важная форма коммуникаций, с конечным положительным результатом. То же и в Германии, Франции (говорю о тех странах, которые хорошо знаю). На критику не принято обижаться. Начальству в том числе. Почему? Одна из причин - это бесплатно полученное чужое мнение, прислушавшись к которому можно избежать ошибки и в результате выиграть. Об личных амбициях как-то никто не задумывается. А воспитывается это качество ещё со школы. И мальчишка или девчонка у нас равны старикам, не зависят от них ни финансово, ни авторитарно.

Ну а моим ровесникам или околоровесникам (мне 53) пожелаю уйти от идеализации себя, любимых. Коряво-честного творчества желаю. По настоящему беспокойного. Талантливого, разумеется. А то если бы Беларусь мерять вашими сегодняшними образами о ней, она бы уже давно лидировала в мире по качеству жизни и вообще была бы раем на Земле. Именно такой она мне и представляется сегодня через наш ЖЖ.

Цок-цок-цок! Непривычный в Аарау звук заставляет обернуться. Меня обгоняет, обдав парфюмом, крашеная блондинка в короткой, не по погоде, юбке, с цирковой ловкостью ввинчивая высокие шпильки туфель в брусчатку. Русская. Как бы в подтверждение, блондинка вынула из сумочки мобильник и затараторила с кем-то по-русски.

Если я увижу в городе Аарау (Женеве, Цюрихе и тд.) женщину в платье, в туфлях на высоком каблуке и обильным макияжем, то в 90 случаях из 100 я угадаю женщину из Восточной Европы или, скорее, из бывшего СССР. Женщина в туфлях без каблуков, в одеждах, лишённых признаков пола, и без грима на лице в той же пропорции окажется уроженкой Запада. Это стереотип, разумеется. Но стереотип, который подтверждается, бросается в глаза. Да и модели поведения западной и восточноевропейской женщины принципиально различаются. Женщина из бывшего СССР, даже проживая длительное время в Швейцарии, умудряется не растерять свой характер и фирменный стиль «наташи». Здесь следует сделать необходимое уточнение: «наташин» стиль сохраняется и в Западной Европе: например: в Испании и Италии. Лишь бастион стран германской группы – включая Скандинавию и Великобританию – породил женщину, маскирующую сексуальность и женственность.
Конечно, повлияли на формирование этих моделей разные культуры, разная история. Для которых именно такая ролевая функция женщины нужна и важна. Или сами они хотят исполнять именно эту роль.
Российская женщина всеми возможными и доступными средствами подчеркивает свою собственно женственность, инстиктивно пуская в ход сексуальность – главное по её разумению оружие воздействия на мужчину. В чём проблема, в климате? Но Россия не Италия. По мнению профессора Цюрихского университета Нады Бошковска – известного специалиста по истории и культуре Восточной Европы, проблема эта лежит на условном рубеже «немки – ненемки», к которым относятся также англичанки и североевропейки. Германские народы – это огромный остров посреди европейской цивилизации, её по крайней мере геополитическое ядро. Ни один самый даже крошечный штрих европейской истории не прошёл без их участия. И вот именно там женщина стремится замаскировать свою принадлежность к женщине. Как будто они в борьбе за свои права демонстративно решили нивелировать внешнюю разницу с мужчинами.
И вот что интересно. В регионах, населённых «женственными» женщинами, мужчины как бы в противовес выглядят крутыми мачо. В итальянских ТВ ток-шоу можно наблюдать сладких, псевдонебритых брюнетов в остроносых туфлях и пёстрых пиджаках с искоркой в окружении крашеных красоток. Конечно, это лишь ток-шоу, но оно отражает сложившийся в обществе стереотип взаимоприемлемого ролевого восприятия: подчёркнутая мужественность – подчёркнутая женственность. В немецкой же части Европы с мужским населением происходит обратная эволюция – они (особенно новые тинейджеры) становятся более андрогенными, теряют «мужские» внешние признаки.

С каких глубин времени начало формироваться ролевое поведение? Нада Бошковска, профессионально занимающаяся русскими женщинами 17- го века, утверждает, что законы того времени давали им гораздо больше свободы и прав, чем женщинам на Западе в этот же период. В 17-м веке московитское общество было близко средневековому обществу на Западе. А в Средние века европейская женщина имела гораздо больше свободы, чем в Новое время. Средневековое общество было относительно примитивным, ещё не деффиренцировалось. Работа домашняя и общественная ещё не имели чёткой границы, потому что имущество той или иной европейской страны принадлежало по сути одной персоне – королю. В Новое время, когда Западная Европа стала очень быстро развиваться, а собственность - дробиться по частям, мужчины начали сокращать женщинам возможности участия в общественной жизни. В России же осталось всё как было и только во время царствования Петра Великого и позднее правовые отношения стали изменяться. В процессе формирования капиталистических отношений мужчины постепенно звхватывали рычаги управления экономикой, монополизировали политику, вытесняя из них женщин, сужая их поле деятельности до размеров домашнего очага.
Парадокс на первый взгляд, но 17-й век, представляющийся нам диким, бестпросветным и мрачным, - как и всё до петровской эпохи – оказался почти Золотым веком для Руси, временем наибольшего соприкосновения с Европой. Отрезая бороды боярам, приобщая народ и знать к водке и коротким штанам с чулками – всеми этими декоративными «реформами» император грубо вторгся в историческую эволюцию России, разрушил её естественный ход.
Параллельно формировались и эстетические каноны женщины на Востоке и Западе Европы. На всех светских портретах русская женщина румяна, со статью и что называется «в теле». Эта её телесность говорит о относительно хорошем питании и трепетном отношении к жизни плоти. В русской истории случались, разумеется, голодные годы, но находясь в относительной изоляции от европейских междуусобных потрясений, она всё же избежала частых вспышек европейских эпидемий чумы, разора, всяких «столетних войн» и как следствие хронического голода. Были и войны, но эти войны прокатывались как бы по оси: Литва или Польша – Москва. Периферия затронута почти не была, там жизнь текла своим чередом.
Зато все эти негативные факторы отразились на каноне образа европейской женщины. Достаточно взглянуть на портреты Яна ван Эйка или Питера Брейгеля. Мы увидим там бледных женщин-подростков, женщин-скелетиков с редкими зачёсанными волосами, с неестественно выпуклыми лбами. К слову, все современные дорогие изыски французских ресторанов – улитки, устрицы и тд. – суть следствие той голодной эпохи, когда в пищу употребляли всё или почти всё, что ползало и плавало. Того, что бегало, на всех не хватало.

Западные путешественники Сигизмунд Герберштейн, Адам Олеарий и другие оставили письменные свидетельства о русских женщинах. «Они слишком красивы для этих мрачных мест, стройны и слишком много красятся» (А. Олеарий). Но мода на краску и румяна скорее говорила о желании женщины выглядеть здоровой. Выглядеть здоровой было в Московии модно.
Рассматривать женщин невозможно вне контекста отношений с мужчинами. Женщины обеих сторон Европы пережили разную историю. С периода Нового времени женщины имели примерно одинаковый статус и в западном и российском обществе. В семье главную роль играл мужчина – кормилец и отец семейства, добытчик. До обзаведения семьёй он должен был выучиться, сделать карьеру, капитал. И лишь потом он призывал в созданный им мирок женщину, которая рожала ему детей и обустраивала дом. Но в 1917 году произошло раздвоение: Европа пошла дальше, эволюционируя к сегодняшнему мега-капитализму, а в России начался второй после Петра тотальный эксперимент социальной инженерии. Государство вмешалось в жизнь общества и в его ячейку – семью в частности. Оно присвоило социальную роль мужчины. И российский мужчина сломался. Октябрьский эксперимент формально уравнял в правах женщин и мужчин. Мужчина как добытчик к условиях уравниловки оказался не у дел. И он устранился от проблем, часто впадая в алкоголизм. Женщина же приспособилась к жизни в тройной роли: отца-добытчика, матери своих детей и домашней хозяйки. После падения коммунизма оказалось, что как минимум два поколения российских среднестатистических мужчин деградировали. Нада Бошковска утверждает, что мужчинам и женщинам в сегодняшней России ещё предстоит долгий путь поиска социальных ролей в новых условиях. К старому обществу возвращаться не хотелось. Оно вроде бы и провозглашало равные права мужчин и женщин, но в глубинных своих истоках не изменилось. Потеряв реальную роль кормильца, мужчина тем не менее имитировал её формально. И сейчас российскому мужчине очень трудно будет поменять стереотипы поведения в семье, приспособиться.

Средняя постсоветская семья создаётся по западным меркам рано (19 – 24 года). Западный же человек к браку идёт медленно и осторожно: делает карьеру, живёт в партнёрстве, не связывая себя узами дорогого брачного контракта, опасаясь совершить роковую ошибку. Этому способствовали древние запреты у германских народов к ранним бракам – было запрещено жениться, пока мужчина не состоится как самостоятельная личность, независимая от родителей. В России же девушка, свободная после 25 лет, согласно стереотипу, готова выйти замуж хоть за чёрта. И всё же старт типичной русской молодой четы в совместную жизнь происходит в равных условиях, в идеальном репродуктивном возрасте. Негативные же стороны этой традиции – недостаток жизненного опыта в правильном выборе супруга (отсюда и высокий процент ранних разводов, как правило с детьми) и поздняя инфантильность молодых людей.
До рождения ребёнка в молодой постсоветской семье традиционные роли ещё не проявлены, они начинают играться после того как семья стала полноценной, с детьми – именно тогда пробуждаются древние социальные инстинкты. И не только у нас. По словам Нады Бошковска, многолетняя борьба феминисток на Западе, тоже принесла микроскопические результаты. Для Швейцарии, например, типично, что женщина после замужества тут же бросает работу.

Преуспевающая хирург Б., сделавшая в известном швейцарском госпитале прекрасную профессиональную карьеру, полюбила санитара Д., человека, находящегося на гораздо более низкой социальной ступени. Богатая и независимая женщина жила со своим другом, скрывая свои отношения даже от близких людей. Для сегодняшних социальных стереотипов на Западе естественно было бы принять факт совместного партнёрства мужчины-хирурга с медсестрой. Но общество не готово пока воспринять обратную ситуацию. Именно поэтому среди женщин, сделавших карьеру, много одиноких – на карьерной пирамиде выбор из тех, кто выше их, предельно мал. Вот и получается, что современная профессионально состоявшаяся женщина более остро ощущает консерватизм современного общества. За свой общественный и профессиональный успех она часто расплачивается одиночеством.
Общество меняется медленно. Сложившиеся гендерные отношения как правило удовлетворяют почти всех мужчин, а среди женщин нет единства в этом вопросе – не все же они феминистки. В Швейцарии очень много женщин не просто удовлетворённых своей традиционной ролью хранительниц домашнего очага, но и активно отстаивающих её в борьбе с сёстрами-феминистками. Они убеждены, что феминистки подрывают и ослабляют своей борьбой за женские права то, что они уже имеют. Тем самым дают мужчинам-традиционалистам повод указывать пальцам на них, отрицая обвинения феминисток в мужском шовинизме.
И традиционалист реагирует на женское наступление своеобразно – женится на иностранке, либо расово близкой, но финансово зависимой (из Восточной Европы), либо воспитанной в «отеческом законе» безответной таиландке или филлипинке. Своеобразный бартер – семейный комфорт и полное подчинение в обмен на личную безопасность, сытость и защиту от потрясений, подстерегающих на родине. Это пока ещё маленькая часть заключаемых браков, но тенденция налицо.

Если в восточноевропейской семье женщина до сих пор играет три роли: карьера – дети – домашнее хозяйство, то в швейцарской появилась тенденция активизации мужчин к одной из ролей. Нет-нет, это не домашняя уборка. Мужчины активнее стали участвовать в воспитании детей. Часто работая неполную рабочую неделю, мужчина вынужден разгрузить жену, но выбрал для начала самую интересную, творческую часть домашних обязанностей. Уборка же пока по-прежнему женский удел. Ребёнок ответно наградит отца улыбкой, выученным новым словом. Тряпка и ведро не ответят ничем. И всё же крошечный прогресс налицо. Недаром русские жёны швейцарских мужей отмечают их как очень хороших отцов.
Восточноевропейская женщина имея высокий образовательный уровень часто готова выйти замуж за западноевропейца, менее образованного. Уравнивает их статус гражданства супруга и более высокий уровень доходов.

Какая же она, русская жена швейцарского мужа?
Как правило, она уже была замужем на родине, и опыт этот печален. Этот опыт перенесён на всех сограждан-мужчин. Западный жених представляется принцем с кельтскими чертами лица, воспитаным, непьющим, обеспеченным. Правда, часто принц оказывается лысоватым, староватым и с пивным брюшком, но это ничего не значащие мелочи. Первые годы высокий образовательный уровень русской жены нивелируется незнанием местной жизни, обычаев, языка – таким образом филолог-жена и муж-водитель трейлера становятся на одну ступень. Затем появляются дети и жизнь входит в обычную колею. Не завять семейным отношениям очень помогает вечный языковой барьер. Когда для одного из партнёров язык остаётся чужим – в их отношениях всегда будет присутствовать тайна и недосказанность. Это поддерживает интерес друг к другу многие годы, если не навсегда.

Возвратимся к каблукам и платьям. Исторически сложилось так, что последние три столетия Россия много и кровопролитно воевала, теряя значительные ресурсы мужского населения. Например, в 1950-году, по словам Нады Бошковска, население СССР составляли 56% женщин и 44% мужчин. Вдумайтесь в эти цифры! Борьба, охота за самого завалящего мужчинку проходила в условиях жёсткой конкуренции, просто заставляла женщину выглядеть лучше своих подруг. Отсюда, от этой охоты сложились, пожалуй, эти традиции показать себя сексуальнее, привлекательнее соперницы, а следовательно, победить и в итоге создать семью. Они передались с генами от матерей и бабушек современным женщинам. Кто знает, может быть встретившаяся мне на аарауской брусчатке девушка с мобильником шла на охоту. И даже не подозревала об этом.

Пер-Лашез... Могильный мегаполис. В этом паноптикуме меня интересовал лишь самый неуместный покойник этого кладбища - Джим Моррисон. Эти места для всяких там лафонтенов и мольеров, но не для шаманов. Вино "Джим Моррисон" еще не настоялось во времени. Его бы кремировать скромно в Калифорнии.. Но так уж получилось, что копыта он откинул в Париже... Кстати, место на Пер-Лашез не очень дорого стоит, я как-то задумался о недалёком будущем.
Нашёл могилку с помощью группы престарелых хиппи, знающих географию лабиринтов кладбища, и как пограничник Карацупа следовал за ними до объекта культа. Глотнул "Бурбона" над треснувшим надгробием рокера и пошёл в отель.

Осенью странно видеть, как перелётные птицы не улетают, а ПРИЛЕТАЮТ к нам в Аарау зимовать. Может кто-то из Минска прилетел? Гуль-гуль, отзовитесь! Такое вот зеркало...